«Путь»: панорама на заброшенной дороге. Рецензия на спектакль Луизы Кунилье

Драматург Луиза Кунилье, известная по таким постановкам, как «Дания», возвращается на сцену со спектаклем «Путь». Это один из двух текстов, написанных ею для труппы La Ruta 40, наряду с «Подкупленными», который поставила Лурдес Барба. Премьера «Пути» состоялась в театре Akadèmia в рамках фестиваля Grec, приуроченная к пятнадцатилетию труппы. Режиссер Карлота Субирос отмечает, что эта пьеса 2019 года разворачивается в характерных для Кунилье «картографиях».

По словам Субирос, драматургу «вновь удается быть одновременно предельно ясной и предельно уклончивой». Эта фирменная двусмысленность возлагает на зрителя задачу расшифровки смыслов, заложенных Кунилье в персонажей, которые сталкиваются с неопределенным настоящим, обремененные грузом прошлого.

Три героя пьесы «Путь» несут свои разочарования по заброшенной дороге, ставшей бесполезной после закрытия карьера, который был ее смыслом существования. В этом опустевшем месте, где вепри и заросли поглощают территорию, инженер-крановщик Эдуард ищет убежища в доме своего отца из-за угрозы смерти. Его сопровождает Карлес, о котором известно лишь, что он работает спасателем и всегда испытывает нехватку денег. Завершает трио Виктор: бывший работник карьера, он ходит по хуторам в поисках занятости.

Кунилье прокладывает пересечение судеб для этих трех уязвимых персонажей. Помимо угрозы смерти, Эдуард опасается, что его инженерный проект будет отклонен, и все еще переживает разрыв с девушкой. Карлес притворяется беззаботным, несмотря на хрупкость своего финансового положения. Виктор же опасается, что его беременная жена, обладающая целительными способностями через наложение рук, оставит его после потери работы.

Под умелым руководством Карлоты Субирос, Альберто Диас (Виктор), Альберт Прат (Эдуард) и Серхи Торресилья (Карлес) убедительно воплощают слабость своих персонажей. Реалистичные декорации Бибианы Пучдефабрегас, атмосферная музыка и звуковые вставки Пау Матаса, а также визуальные образы пустой дороги питают чувство беспокойства, которое Кунилье стремится передать. Бинокль отца Эдуарда, подобно чеховскому предмету, служит символом забытой семейной памяти. Из опустевшего дома открывается вид на дорогу, ведущую в никуда.