С шумом по пятам

В последнее время кажется, что многие живут с убеждением, будто их звуки – это благо для окружающих. Возможно, это случайность, мимолетная мода или просто досадное недоразумение, но, боюсь, мы бессильны. Пелаэс как-то иронично заметил, что современные телефоны стали настолько умными, что в итоге смогут даже звонить. А пока они служат для всего остального.

Существуют звуки, которые неотъемлемы от колорита страны. Голос продавца лотерейных билетов у входа на рынок. Звяканье кофейника, доносящееся из кафе в семь утра. Свисток кондуктора перед отправлением поезда, крики точильщика или сборщика металлолома, и даже ссоры пары, доносящиеся с открытого балкона четвертого этажа – все это всегда было частью местной жизни. Мы принимаем эти звуки, потому что они являются своего рода саундтреком нашего общества.

Но есть и другой шум – тот, который не принадлежит ни к какому месту, но при этом вездесущ. Он появляется без спроса. Шум, который вы не выбирали слушать, но который сопровождает вас повсюду, потому что некий незнакомец решил превратить свой мобильный телефон в портативный общественный громкоговоритель. Я не помню, когда эта привычка зародилась. Подозреваю, это происходило постепенно, как и все проявления дурного тона. Сначала появился человек, говорящий по громкой связи на улице – это казалось забавным, будто он спорил сам с собой. Затем начались видео из социальных сетей, воспроизводимые без наушников. Потом — видеозвонки прямо посреди автобуса, музыка на пляже, голосовые сообщения, прослушиваемые на такой громкости, что половина Куэнки могла бы узнать о расставании какой-то пары. И так до сегодняшнего дня, когда это стало нормой. Вы выходите из дома, не зная, пойдете ли вы за хлебом или станете невольным поверенным чьей-то личной жизни.

Есть персонаж, знакомый всем. Он сидит в автобусе на два ряда позади. Держит телефон на ладони, словно несет горячую закуску на свадьбе. Из динамика доносится разговор, который никогда не должен был покидать личное пространство двух людей. Он отвечает, повышая голос, убежденный, что расстояние измеряется в децибелах: «Нет, мама, скажи травматологу, что я не приду, потому что у меня все еще распухла нога, и появились гнойные прыщи, которые при двух шагах лопаются, оставляя мою ступню покрытой чем-то вроде сметаны».

Весь автобус мысленно кивает. Некоторые уже начинают беспокоиться за эту ногу. Другие надеются, что специалист изменит лечение, потому что через двадцать минут слушатель невольно оказывается вовлеченным в чужую историю, словно она стала частью его собственной семьи.

Удивительно не то, что он говорит громко. Удивительна та абсолютная естественность, с которой он превращает полсотни незнакомцев в массовку своей личной беседы. Никто не просил его делиться. Никто не знает его маму. Никому не нужно знать, работает ли его зять подиатром или сдала ли дочка математику в сентябре. Но мы все сидим, слушая этот ужасный сериал по частям, и с покорностью смотрим в окно. Летом этот вид множится.

Достаточно приехать на пляж, чтобы убедиться, что Средиземноморье теперь соревнуется не с шумом волн и кораблей. Теперь ему приходится соперничать с беспроводной колонкой, которая воспроизводит один и тот же плейлист шесть часов подряд. Есть люди, которые ставят зонт, расстилают полотенце, мажут детей кремом и, еще до того как их ноги коснутся песка, считают абсолютно необходимым, чтобы четыреста человек слушали именно ту музыку, которую они выбрали этим утром. Я всегда считал, что прослушивание музыки – одно из самых личных занятий. У каждого есть свой саундтрек, возвращающий его к определенному человеку, лету или улице, где он был немного счастливее. Именно поэтому так странно встречать людей, упорно навязывающих свою музыку всем вокруг. Это все равно что войти в библиотеку и начать раздавать фотографии с первого причастия своих детей.

То же самое происходит на террасах кафе. Целые столы, где каждое видео начинается с максимальной громкости. Неважно, что официант принимает заказ, что соседняя пара пытается поговорить или что женщина читает газету после обеда. Алгоритм незнакомого человека стал важнее спокойствия окружающих. Смартфон позволяет нам общаться с любым уголком планеты, но при этом мы забываем, что в полуметре от нас находится другой человек.

Я не думаю, что это связано с технологиями. И не с возрастом. Я видел молодых людей, снимающих наушники, чтобы не беспокоить других, и пенсионеров, смотрящих видео с рецептами, словно они открывают новую систему оповещения в аэропорту Барахас. Воспитание никогда не зависело от лет. Оно зависит от старой привычки поднять глаза и проверить, нет ли вокруг кого-то еще, кого можно раздражать.

Возможно, настоящая роскошь нашего времени – это уже не дом у моря и не время, чтобы им наслаждаться. Она все больше напоминает возможность найти десять минут тишины в мире, где каждый убежден, что его разговор, видео или песня заслуживают стать саундтреком чужой жизни. И когда общество теряет уважение к тишине, почти всегда это происходит потому, что до этого оно потеряло нечто гораздо более важное: осознание того, что мы не одни. Черт возьми, какое занудство!